Встреча в Пьяченце


В июле Паганини получил известие о кончине отца и поспешил в Геную. Заботу о семье и особенно о матери он считал своим первейшим долгом. Жизнь его сестер сложилась не очень удачно; часто они терпели нужду и обращались за помощью к своему знаменитому брату. Посредником в таких делах всегда служила мать, и не было случая, чтобы Паганини отказал им в помощи. К матери он питал беспредельную нежность, которую не могла вытеснить и любовь к сыну Ахиллу, родившемуся в 1825 году.
Паганини зарабатывал много, расходуя сравнительно мало; но это не было ни алчностью, ни жадностью. Так поступал бы в его положении всякий: ведь состарившийся или безнадежно больной артист мог рассчитывать только на милостыню.
В 1818 году Паганини возобновил концертную деятельность. Шпор покинул Италию, не услышав Паганини. Теперь его разыскивал замечательный польский скрипач Кароль Липинский, предпринявший путешествие в Италию с единственной целью услышать великого генуэзского музыканта. Липинский встретился с Паганини в Пьяченце.
«Из Польши, — писал Паганини, — приехал некий Липинский только для того, чтобы слушать мою игру. Этот человек обожает меня и всюду следует за мной. Он решил не возвращаться на родину до тех пор, пока не поработает несколько лет в моем жанре, и никакого другого профессора скрипки слушать не хочет».
Между обоими артистами скоро установились дружеские отношения. Они часто встречались, играли дуэты для скрипок, а когда репертуар был исчерпан, переходили к импровизациям. Липинский дал в Пьяченце концерт, в котором исполнил с Паганини дуэт для скрипок. В этом совместном выступлении не было и тени соперничества, напротив, Паганини стремился способствовать успеху своего коллеги.