Граф Чессоле


В конце концов, он расстался с пармским двором и летом 1836 года уехал в Турин. Здесь он провел около месяца, использовав это время на хлопоты по «узаконению» сына.
Брак с Бьянки не был оформлен церковью, поэтому Ахиллино считался «незаконнорожденным», не мог унаследовать титул барона, а права его на наследство могли оспаривать другие родственники. В Турине Паганини нашел влиятельных друзей, которые помогли ему довести это дело до конца.
Остаток лета он провел в Александрии, а в октябре возвратился в Турин. Здесь Паганини приобрел нового друга, сыгравшего значительную роль в последнем периоде его жизни. Это был скрипач-дилетант граф Чессоле, председатель туринского сената. Знакомство началось с того, что Чессоле пригласил его дать в Турине три концерта, намеченные на первые числа декабря, после которых Паганини предполагал дать ряд концертов в Марселе. Концерты в Турине были отложены, а в начале 1827 года он отправился в Марсель.
Но силы его падали. Иногда появлялись приливы энергии, однако это случалось все реже и реже. Тем не менее, он не терял надежды на выздоровление. Эту надежду укрепляли врачи, по-видимому, желая поддержать в нем бодрость духа. Бесконечные, мучительные лечебные процедуры крайне утомляли и истощали его. Но Паганини не отказывался от них: мысли о путешествии и Россию и Америку он все еще не оставлял.
Весной 1837 года наступило некоторое улучшение, пользуясь которым он покинул Марсель и в начале апреля приехал в Геную. Здесь его состояние улучшилось настолько, что 3 июня он мог приехать в Турин, чтобы дать обещанные еще в прошлом году концерты. Первый из них состоялся 9, а второй 16 июня. Это были последние выступления Паганини, завершившие его 40-летнюю концертную деятельность.